Судебная практика по делам о банкротстве (физических лиц и юридических лиц) динамично развивается. Верховный Суд РФ регулярно публикует обзоры, которые становятся ориентирами для нижестоящих судов, финансовых управляющих, кредиторов и должников. В статье рассмотрены наиболее значимые правовые позиции последних лет (2020–2026 гг.), иллюстрирующие подходы судов к ключевым процедурным и материально-правовым вопросам.

Банкротство физических лиц: защита прав должников и кредиторов

Сохранение средств для проживания (пенсии и заработная плата)

Одним из ландшафтных решений стало Определение Верховного Суда РФ от № 306-ЭС20-1997 по делу № А57-11460/2018.

• Суть позиции: Суды должны учитывать, что у пенсионеров, проходящих процедуру реализации имущества, может не быть иных источников дохода, кроме пенсии. Автоматическое включение в конкурсную массу всех сумм, превышающих прожиточный минимум, нарушает права должника на достойное существование.
• Практический итог: Финансовый управляющий и суд обязаны оставлять у должника средства, необходимые для оплаты ЖКХ, лекарств, питания, даже если они превышают официальный прожиточный минимум. Решается это индивидуально в каждом деле.

Криптовалюта и цифровые активы как имущество должника

По делу № А40-124668/2017 (период рассмотрения 2017–2018 гг., итоговая позиция закреплена с 2021 г.) суды прошли путь от неопределенности к четкой квалификации.

• Позиция: Криптовалюта (биткоин и др.) признается имущественным правом (имуществом) должника.
• Обязанность должника: Должник обязан передать финансовому управляющему доступ к криптокошелькам (приватные ключи, сид-фразы).
• Последствия неисполнения: Отказ в передаче доступа влечет ответственность по ст. 61.2 Закона о банкротстве (субсидиарная ответственность) и/или уголовную ответственность за умышленное скрытие имущества.

Приоритет процедуры, выбранной должником

В Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ по делам о банкротстве граждан (опубликован ) закреплена важная гарантия:

«При возбуждении дела о банкротстве гражданина на основании заявления должника предпочтение следует отдавать процедуре, предложенной самим должником, в отсутствие недобросовестности с его стороны».

Кроме того, арбитражный суд вправе принять решение о переходе из процедуры реализации имущества в процедуру реструктуризации долгов, если это соответствует интересам сторон.

Борьба с «горе-кредиторами» и фиктивными долгами

Постановление 17-го ААС от по делу № А71-10668/2021 стало переломным в практике исключения недобросовестных кредиторов из реестра требований.

• Суды стали строже проверять основания включения требований в реестр, если кредитор не участвовал в деле длительное время, не предъявил доказательств возникновения долга или долг возник под заведомо заведомо ложными основаниями (например, фиктивные договоры займа между родственниками/аффилированными лицами).
• Нагрузка доказывания добросовестности кредитора смещается на самого кредитора при наличии признаков сговора.

Банкротство юридических лиц: корпоративные аспекты и субсидиарная ответственность

Консолидация конкурсных масс групп компаний

Обзор практики ВС РФ за 2022 год (опубликован ) закрепил возможность консолидации конкурсных масс нескольких юрлиц (группы компаний) в одну.

• Условия: Доказанное единство хозяйственной деятельности, управление одной и той же группой лиц, смешение имущества и делопроизводства.
• Цель: Предотвращение вывода активов в «дочки»/«материнские» структуры для ухода от кредиторов.

Запрет на необоснованное дробление имущества на аукционные лоты

Тот же обзор 2022 года указал на недопустимость дробления единого имущественного комплекса или неделимого актива на множество мелких лотов для занижения цены или обхода процедуры публичных торгов.

• Финансовый управляющий обязан обосновывать лотность. Суд может отменить решение УК о лотности, если оно ущемляет интересы кредиторов.

Защита гонорара адвокатов обанкротившегося бизнеса

Верховный Суд подтвердил: требования адвокатов за оказанную помощь должнику в банкротстве включаются в реестр требований текущих платежей (приоритет выше, чем у обычных кредиторов), если услуги оказаны в интересах сохранения бизнеса/имущества, а не для личных целей контролирующих лиц.

Субсидиарная ответственность (СО) и бремя доказывания

Ключевая позиция Верховного Суда от (распределение бремени доказывания при внебанкротной СО):

• Если кредитор предъявляет требование о привлечении контролирующего лица к СО за убыточные сделки, он должен доказать: (1) совершение сделки, (2) убыточность сделки для должника, (3) причастность контролирующего лица.
• После этого бремя доказывания добросовестности смещается на контролирующее лицо: оно должно доказать, что сделка была вынужденной, рыночной, не привела к убыткам или убытки не связаны с его действиями.
• Отсутствие в судебном акте выводов об умысле или грубой неосторожности не мешает привлечению к СО по общим основаниям (ст. 61.11 Закона о банкротстве).

Презумпция для покупателя «слишком дешевого» имущества

Закупка имущества по заведомо заниженной цене (ниже 50–70% от рыночной) создает презумпцию недобросовестности покупателя. Такой покупатель рискует потерять имущество (сделка будет оспорена как умышленное банкротство или притяжение имущества к конкурсной массе), если не докажет свою добросовестность и отсутствие сговора с должником/УК.

Процедурные нюансы и сроки (практика 2024–2026 гг.)

Сроки включения требований в реестр

По материалам 1-го Арбитражного апелляционного суда (журнал «Арбитражный управляющий», 2024, № 3, запрос АС Волго-Вятского округа от № Ф01-ОАС-15-44/2023):

• Суды строго следят за соблюдением сроков предъявления требований кредиторами (30 дней со дня публикации сообщения в ЕФРСБ).
• Восстановление пропущенного срока возможно только при доказательстве уважительных причин (болезнь, форс-мажор, неполучение уведомления не по вине кредитора); Незнание закона не является уважительной причиной.

Окончание процедуры реализации имущества гражданина

Типовый пример завершенного дела (Москва/СПб, 2025 г., дело № А41-32401/2025):

• Срок процедуры: ~10,5 месяцев.
• Ключевой фактор успеха: отсутствие обжалований действий УК со стороны кредиторов, полная прозрачность имущественного положения должника.

Резюме: основные тренды судебной практики (2020–2026)

1. Гуманизация по отношению к физлицам: Укрепление права на минимальный доход, возможность реструктуризации вместо реализации.
2. Цифровизация активов: Признание криптовалют, цифровых прав, доменов, аккаунтов в соцсетях (как нематериальных активов) конкурсной массой.
3. Ужесточение к контролирующим лицам юрлиц: Смещение бремени доказывания, расширение перечня оспариваемых сделок, ответственность за пассивность (неподачу заявления о банкротстве вовремя).
4. Борьба с злоупотреблениями: Исключение фиктивных кредиторов, оспаривание сделок за 3 года (вне банкротства — до 10 лет по общему сроку исковой давности), контроль за действиями финансовых управляющих.
5. Прозрачность торгов: Борьба с картелями на аукционах, дроблением лотов, продажей «своим» лицам.

Судебная практика по банкротству демонстрирует четкий вектор на баланс интересов: защита честных должников (физлиц) от бедности и предоставление «второго шанса» сочетается с жесткой ответственностью за недобросовестность, скрытие имущества и фиктивные долги. Для юрлиц акцент смещен на ответственность бенефициаров и контролеров (СО), а также на эффективность реализации активов через консолидацию масс и честные торги.

Рекомендация: При подготовке к банкротству (как должнику, так и кредитору) критически важно опираться не только на текст Закона № 127-ФЗ, но и на актуальные обзоры Пленума и Президиума ВС РФ, а также определения Апелляционных и Окружных арбитражных судов, учитывающие специфику конкретного региона.

Данная статья подготовлена на основе открытых обзоров судебной практики Верховного Суда РФ, информационных агентств (Право.ру, КонсультантПлюс, ПроБанкротство) и материалов арбитражных судов за 2020–2026 гг. Не является правовым консультированием.