Статья 42 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на благоприятную окружающую среду, достоверную информацию о её состоянии и на возмещение ущерба, причинённого здоровью или имуществу экологическим правонарушением. Реализация этого конституционного права обеспечивается, в т.ч., путём правильного применения законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования. При этом важно подчеркнуть, что применение мер уголовно-правового характера рассматривается как крайнее средство реагирования на общественно опасное поведение субъектов, посягающих на наиболее важные компоненты природной среды и экологическую безопасность в целом.

Настоящая статья посвящена анализу судебной практики по экологическим правонарушениям, в первую очередь — на основе Обзора практики применения судами положений главы 26 Уголовного кодекса Российской Федерации об экологических преступлениях, утверждённого Президиумом Верховного Суда РФ 24 июня 2022 года.

Статистика экологических преступлений в России

Согласно данным Судебного департамента при Верховном Суде РФ, доля дел об экологических преступлениях (статьи 258–262 УК РФ) в общей структуре уголовных дел, поступающих в суды, остаётся стабильной:

• 2019 год — 1,2%;
• 2020 год — 1,3%;
• 2021 год — 1,3%.

За период с января 2019 года по декабрь 2021 года за преступления, предусмотренные статьями 258–262 УК РФ, было осуждено 17 431 лицо (по основной квалификации): в 2019 году — 6 189 лиц, в 2020 году — 5 299 лиц, в 2021 году — 5 943 лица. Число осуждённых в 2021 году увеличилось на 12,2% по сравнению с 2020 годом, однако по сравнению с 2019 годом сократилось на 4%.

Структура осуждений по видам преступлений

1. Незаконная рубка лесных насаждений (ст. 260 УК РФ) — 8 580 лиц, или 49,2% от всех осуждённых за экологические преступления. Это самая распространённая категория дел.
2. Незаконная добыча (вылов) водных биологических ресурсов (ст. 256 УК РФ) — 6 868 лиц, или 39,4%.
3. Незаконная охота (ст. 258 УК РФ) — 906 лиц, или 5,2%.
4. Незаконные добыча и оборот особо ценных диких животных и водных биоресурсов (ст. 258.1 УК РФ) — 849 лиц, или 4,9%.

Доля судимости по иным статьям главы 26 УК РФ незначительна.

Характер назначаемых наказаний

Анализ практики показывает, что суды в подавляющем большинстве случаев назначают осуждённым за экологические преступления наказания, не связанные с реальным лишением свободы:

• лишение свободы условно, 47,5% осуждённых;
• обязательные работы — 22,5%;
• штраф — 12,8%;
• исправительные работы — 5,8%;
• реальное лишение свободы — лишь 5,7%.

Кроме того, в отношении 13 608 лиц уголовные дела были прекращены по нереабилитирующим основаниям, из них 9 505 лиц освобождены от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа. Оправдательные приговоры за указанный период постановлены в отношении 26 лиц, ещё в отношении 28 лиц дела прекращены за отсутствием события или состава преступления либо в связи с непричастностью к его совершению.

Нормативная основа судебной практики

При рассмотрении дел об экологических преступлениях суды руководствуются разъяснениями, содержащимися в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ:

• Постановление от 23 ноября 2010 г. № 26 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об уголовной ответственности в сфере рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов»;
• Постановление от 18 октября 2012 г. № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования».

Ключевая особенность большинства составов экологических преступлений — их бланкетный характер: диспозиции статей отсылают к нормам иного законодательства (Лесного, Водного кодексов РФ, Федерального закона от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды», законодательства о рыболовстве и подзаконных актов). Это порождает специфические требования к мотивировке судебных решений.

Ключевые правовые позиции Верховного Суда РФ

Обязательное указание нарушенных норм в приговоре

При рассмотрении уголовных дел об экологических преступлениях необходимо устанавливать, нарушение каких именно требований в области охраны окружающей среды и природопользования вменяется подсудимому, с приведением этих требований в приговоре и ссылкой на конкретные нормы (пункт, часть статьи, статья).

Пример из практики. По приговору Исилькульского городского суда Омской области от 10 сентября 2021 г. гражданин Ю. был осуждён по ст. 260 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно. Судебная коллегия Омского областного суда приговор отменила и направила дело на новое рассмотрение, поскольку описательно-мотивировочная часть приговора не содержала ссылок на федеральные законы и подзаконные акты, нарушенные при рубке лесных насаждений. Ввиду бланкетного характера ст. 260 УК РФ установление признаков состава преступления возможно лишь с учётом положений нормативных актов, конкретизирующих правила поведения в сфере лесопользования.

Возвращение дела прокурору при дефектах обвинения

При отсутствии в обвинительном заключении или обвинительном акте указания на нарушенные нормы соответствующих правовых актов, что исключает возможность постановления приговора, уголовное дело подлежит возвращению прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Пример из практики. Зеленодольский городской суд Республики Татарстан осудил Х. и Ш. по ст. 256 УК РФ за незаконный вылов рыбы сетью на реке Волге. Шестой кассационный суд общей юрисдикции отменил приговор и возвратил дело прокурору, поскольку ни в обвинительном акте, ни в приговоре не было указано, какие конкретно нормы федерального закона и иных нормативных актов, регулирующих рыболовство, были нарушены. Конституционный Суд РФ неоднократно указывал, что именно нарушение положений отраслевых нормативных актов, рассматриваемых во взаимосвязи со ст. 256 УК РФ, определяет уголовную противоправность действий виновных лиц.

Квалификация по статье 258.1 УК РФ

Для квалификации действий лица по ст. 258.1 УК РФ необходимо установить, что незаконные добыча и оборот совершены в отношении диких животных и водных биологических ресурсов, включённых в специальный Перечень, утверждённый постановлением Правительства РФ от 31 октября 2013 г. № 978. При совершении наряду с такими действиями незаконной добычи биоресурсов, не входящих в указанный перечень, содеянное квалифицируется по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 256 и ст. 258.1 УК РФ.

Пример из практики. По приговору Икрянинского районного суда Астраханской области от 2 сентября 2021 г. К., Л. и А. были осуждены по ст. 256 и ст. 258.1 УК РФ за незаконную добычу рыбы осетровых видов (русский осетр, белуга, стерлядь), причинив ущерб рыбным запасам на сумму свыше 780 тысяч рублей, а также за вылов частиковых пород рыб запрещёнными орудиями лова. Суд обоснованно указал, что осетровые породы входят в Перечень особо ценных водных биоресурсов, что и предопределило квалификацию по совокупности статей.

Выявленные проблемы правоприменения

Обобщение судебной практики позволило выделить типичные ошибки судов и органов предварительного следствия:

• отсутствие в обвинительных документах и приговорах ссылок на конкретные нарушенные нормы отраслевого законодательства;
• недостаточная конкретизация способа совершения преступления (например, в чём именно выразилась незаконность вылова или рубки);
• ошибки при разграничении составов статей 256 и 258.1 УК РФ при добыче различных видов биоресурсов;
• трудности квалификации, возникшие после внесения изменений в уголовный закон.

Анализ судебной практики по экологическим правонарушениям свидетельствует о том, что суды в целом правильно применяют положения уголовного закона во взаимосвязи с иными нормами законодательства об охране окружающей среды. Вместе с тем бланкетный характер экологических составов предъявляет повышенные требования к качеству обвинительных документов и мотивировке приговоров. Обзор Верховного Суда РФ от 24 июня 2022 года сформулировал единообразные подходы, призванные обеспечить законность и обоснованность судебных решений по данной категории дел, а также баланс между охраной природных ресурсов и принципом справедливости при назначении наказания — что подтверждается преобладанием наказаний, не связанных с реальным лишением свободы, и широким применением института судебного штрафа.